суббота, 15 февраля 2014 г.

Джон Стейнбек: "Квартал Тортилья-Флэт" (16+)

1-е американское издание


"Квартал Тортилья-Флэт"  - повесть, написанная в 1935 году Джоном Стейнбеком и принёсшая автору огромный читательский успех. Это "лёгкое и в то же время занимательное и при всём при том правдивое" повествование о мире обитателей одного монтерейского квартала Тортилья-Флэт, что расположен на калифорнийском побережье… Впрочем, лучшей аннотацией и лучшим напутственным словом к чтению данной книги всегда будет служить

Вступление от Джона Стейнбека:
«Это повесть о Дэнни, и о друзьях Дэнни, и о доме Дэнни. Это повесть о том, как Дэнни, его друзья и его дом стали единым целым, так что когда в квартале Тортилья-Флэт говорят о доме Дэнни, то имеют в виду вовсе не деревянные стены с облупившейся побелкой, совсем скрытые разросшимися кустами кастильской розы. Нет, когда там говорят о доме Дэнни, то подразумевают некое единство, частично состоящее из людей, единство, от которого исходили радость и веселье, готовность помочь и — уже под конец — мистическая печаль. Ибо дом Дэнни был подобен Круглому столу, а друзья Дэнни — рыцарям Круглого стола. И это повесть о том, как возникло их содружество, как оно расцвело и превратилось в союз, исполненный красоты и мудрости. В ней будет рассказано о рыцарских приключениях друзей Дэнни, о сделанном ими добре, об их мыслях и об их подвигах. А в конце этой повести будет рассказано, как был потерян талисман и как распалось содружество.
В Монтерее, старинном городе на калифорнийском побережье, все эти истории хорошо известны, их повторяют снова и снова, а иной раз и приукрашивают. Вот почему этот цикл следует запечатлеть на бумаге, дабы ученые будущих времен, услышав входящие в него легенды, не сказали бы, как говорят они об Артуре, о Роланде и о Робине Гуде: «Не было никакого Дэнни, и никаких его друзей, и никакого его дома. Дэнни — это божество, олицетворяющее природу, а его друзья — всего лишь первобытные символы ветра, неба и солнца». И цель этой летописи — раз и навсегда сделать невозможной презрительную усмешку на губах угрюмых ученых.
Монтерей лежит на склоне холма между голубым заливом и темным сосновым лесом. В кварталах, расположенных ниже по склону, живут американцы, итальянцы, рыбаки и рабочие консервных заводов. Но на вершине холма, где город сливается с лесом, где на улицах нет асфальтовых мостовых, а на углах — фонарей, укрепились старейшие обитатели Монтерея, как древние британцы укрепились в Уэльсе. Это и есть пайсано.
Они живут в деревянных домишках, дворы которых заросли бурьяном, и над их жилищами еще покачиваются уцелевшие сосны. Пайсано не заражены коммерческим духом, они не стали рабами сложной системы американского бизнеса; да она, впрочем, и не слишком стремилась их опутать — ведь у них нет имущества, которое можно было бы украсть, оттягать или забрать в обеспечение займа.
Что такое пайсано? Он — потомок испанцев, индейцев и мексиканцев и еще всевозможных европейцев. Предки его поселились в Калифорнии лет сто-двести назад. По-английски он говорит, как пайсано, по-испански он говорит, как пайсано. Если спросить его, какой он национальности, он негодующе объявит себя чистокровным испанцем и, закатав рукав, покажет, что кожа с внутренней стороны предплечья у него почти белая. Свою смуглоту, напоминающую цвет хорошо обкуренной пенковой трубки, он приписывает загару. Он пайсано и живет на окраине города Монтерея, расположенной на вершине холма, которая зовется Тортилья-Флэт, «Лепешечная равнина», хотя это вовсе не равнина.
Дэнни был пайсано, он вырос в Тортилья-Флэт, и все его там любили, но, впрочем, он ничем не отличался от остальных шумливых ребятишек квартала. Почти с каждым обитателем Тортилья-Флэт его связывали узы родства или романтической дружбы. Дед его был важной персоной, ему принадлежали в квартале два домика, и все уважали его за богатство. И если Дэнни, подрастая, предпочитал спать в лесу, работать на окрестных ранчо и с боем вырывать еду и вино у сурового мира, не отсутствие влиятельных родственников послужило тому причиной. Дэнни был невысок, смугл и настойчив. К двадцати пяти годам ноги его окончательно приобрели кривизну, точно соответствующую изгибу конского бока.
И вот, когда Дэнни исполнилось двадцать пять лет, началась война с Германией. Когда Дэнни и его друг Пилон (да, кстати, «пилоном» называется придача после заключения сделки — магарыч) услышали про войну, они располагали двумя галлонами вина. Большой Джо Португалец заметил блеск бутылей среди сосен и присоединился к Дэнни и Пилону.
По мере того как вина в бутылях становилось все меньше, патриотизма в их сердцах становилось все больше. И вот, когда вино кончилось, все трое спустились с холма, нежно взявшись за руки — во имя дружбы и чтобы крепче держаться на ногах, — и зашагали по улицам Монтерея. Перед домом, где записывали добровольцев в армию, они принялись кричать «ура» в честь Америки и поносить Германию. Они осыпали Германскую империю угрозами до тех пор, пока сержант-вербовщик не проснулся, не надел форму и не вышел на улицу, чтобы их утихомирить. В постель он вернулся нескоро, потому что стал записывать их в армию.
Сержант выстроил их перед своим столом. Они благополучно прошли все проверки, кроме одной — проверки на трезвость, и тогда сержант принялся задавать им вопросы, начав с Пилона:
   — В каком роде войск ты хочешь служить?
   — А мне наплевать, — небрежно бросил Пилон.
   — Такие молодцы нам, пожалуй, нужнее всего в пехоте.
   И Пилон был направлен в пехоту.
   Затем сержант повернулся к Большому Джо, но Португалец уже успел немного протрезвиться.
   — А ты куда хочешь?
   — Я хочу домой, — тоскливо сказал Большой Джо.
   Сержант и его записал в пехоту. Наконец он обратился к Дэнни, который давно уже стоя спал.
   — Куда тебя направить?
   — А?
   — Я говорю: в каком роде войск ты хочешь служить?
   — Что значит «в каком роде»?
   — Что ты умеешь делать?
   — Я? Я все умею.
   — А что ты делал раньше?
   — Я? Был погонщиком мулов.
   — Ах вот как! Со сколькими мулами за раз ты сумеешь справиться?
   Дэнни наклонился к нему с небрежным видом профессионала.
   — А сколько их у вас?
   — Тысяч около тридцати.
   Дэнни взмахнул рукой.
   — Давайте их сюда!
   И вот Дэнни отправился в Техас и до конца войны объезжал мулов. Пилон маршировал по Орегону вместе с пехотой, а Большой Джо, как будет рассказано дальше, сидел в тюрьме»…

В главах, что следуют за вступлением, Вас ждут люди, которых сам Джон Стейнбек знал и любил. Это "хорошие люди, весёлые и добрые, честные в своих плотских желаниях и прямодушные, истинно вежливые, а не просто учтивые", и потому -
Не останавливайтесь на прочитанном! Читайте и перечитывайте!


Вы можете взять книгу:

Во всех библиотеках Инты

Книга доступна для чтения в библиотеке Максима Мошкова: ссылка

Комментариев нет:

Отправить комментарий